00d4de48

Акунин Борис - Внеклассное Чтение. Том 1



det_history Борис Акунин Внеклассное чтение. Том 1 Самый объемный роман Б.Акунина! Пять Фандориных в одном романе!
Подобно тому, как всякая тайна может быть раскрыта и рассказана, криминальная загадка также нуждается в отгадывании и изощренном ходе мыслей.
Действие нового романа развивается параллельно: в последний год царствования Екатерины Второй и в наши дни. Семилетний вундеркинд по имени Митридат волею случая становится свидетелем заговора против сластолюбивой императрицы. Спасая Екатерину от неминуемой смерти, мальчик ставит на карту собственную судьбу. Кажется, что огромная страна Россия полна интриг и заговорщиков, помощи ждать неоткуда, но тут появляется благородный отшельник Данила Фандорин…
Современный сюжет – захватывающая криминальная история. Модный пластический хирург, оперирующий бомонд Москвы и задумавший стать фармацевтическим королем России, готов пожертвовать ради многомиллиардных прибылей судьбой дочери. Девочку спасет русский англичанин Николас Фандорин…
ru Black Jack black_jack@inbox.ru FB Tools 2004-04-11 http://www.aldebaran.ru OCR Альдебаран 8D9DBC46-C022-4E71-9D8D-C5E9CC81D463 1.0 Борис Акунин Олма-Пресс Москва 2002 5-224-03806-5 Борис Акунин
Внеклассное чтение
Том 1
Персонажи и учреждения, упомянутые в этом произведении, являются вымышленными. Любое сходство с реальными людьми и организациями либо с подлинными событиями носит случайный характер и не входило в намерения автора.
Автор благодарит за помощь Милу, Ирину, Федора, Сергея, Виктора и Вовочку
Глава первая.
РАССКАЗ НЕИЗВЕСТНОГО ЧЕЛОВЕКА
Далась им эта любовь, подумал Собкор, шагнув на эскалатор и разглядывая наплывающий сверху рекламный щит. Реклама была такая: рука в старинной кожаной перчатке держит пышную розу за шипастый стебель, внизу двустишье:
Чтоб не пораниться колючками любви,«Трех мушкетеров» ты на помощь позови.И ниже готическими буквами: "Презервативы «Три мушкетера». Размеры «Портос», «Атос», «Арамис».
Стишки, конечно, дрянь, но с формальной точки зрения и они тоже поэзия. Разве не странно, что из трех основных инстинктов – насыщения, самосохранения и продолжения рода – поэзия зациклилась именно на третьем, наименее важном.

Есть ли хоть одно гениальное стихотворение, воспевающее чувство голода или страха? Нету. А между тем пустое брюхо или смертный ужас – ощущения посильней любовного томления.

Подумаешь, любовь. (Тут Собкор сердито покачал головой.) Теперь вот никакой любви нет, она пятьсот семнадцать дней как на Ваганьковском, а ничего, жить можно. Даже еще лучше, чем прежде. А будь любовь жива, Великая Тайна нипочем бы не открылась.

Жил бы себе дурак дураком – «Поле чудес» смотрел да грядки на даче копал. А потом помер бы слепым бараном, не найдя Пути.
С другого плаката, уже не рекламного, а так, для улучшения настроения, Собкору посылала воздушный поцелуй девушка в метрополитеновской форме. «Легкого вам пути», было написано под девушкой. Он вежливо поклонился, сказал: «Спасибо».
Увидел щит, призывающий хранить деньги в отделениях кредитно-сберегательного товарищества «Капитан Копейкин» и уже достал блокнот – взять на заметку, для последующей проверки, но тут углядел впереди непорядок: какой-то парень стоял рядом с размалеванной девицей, загородив проход. Собкор поднялся на несколько ступенек, тронул нарушителя за плечо, сказал:
– Стойте справа, проходите слева.
Нарушитель открыл было рот – наверное, собирался сказать грубость, но, повнимательнее посмотрев в строгие, ясные глаза Собкора и задержавшись взглядом на широких плечах (вот о



Назад